Читая «Бабий Яр» Анатолия Кузнецова

Автор: | 01/05/2017

«Бабий Яр» Анатолия Кузнецова. Дополнительный тираж 2016 года издания 2010 года…

Не понимаю,  как прошёл мимо меня этот роман-документ, ведь в полном виде он вышел в СССР в 1991 году, когда жадный до любой информации о неизвестной истории нашей страны, я покупал и немедленно прочитывал любое мало мальско известное произведение «полочного типа».

Не стал я читать его и в пору своего погружения в историю Холокоста, посчитав беллетристикой, отложив «на потом», занятый документальными свидетельствами и более эмоциональной для меня фильмографией.

И вдруг, случайно купив этот роман, с первых страниц его обнаружил такое, что внесло нечто особенное как в мои представления об истории советского периода, так  и на современные события.

1917 год, признанный в общепринятом мнении в свой столетний юбилей  как неоднозначный (как хотите , так и понимайте), всегда вызывал у меня как учителя всегда серьёзную озабоченность и нервную лихорадку перед каждым уроком . Официальная оценка до сих пор топчется в границах «с этой стороны, с другой стороны», а школьникам вообще «по барабану» то, что привело к человеческим жертвам , сопоставимым  с первой мировой войной. Достучаться до них не представляется возможным в силу незрелости  их жизненного опыта, закономерной атрофии психики к всевозможным изуверствам современной цивилизации, рекой льющимся на них из различным источников информации.

И вдруг… Исповедь подростка , изложенная в зрелом возрасте, преломленная через жизненные мудрость и страдания. Если мы читаем произведения историков, создающие их спустя столетия по документам эпох, психологически нам практически недоступным, берём их за основу своих оценок и убеждений, то почему мы не можем поверить человеку, создающему картину прошлого исключительно на автобиографическом материале?

«Я пишу так, словно даю под присягой юридическое показание на самом высоком честном суде… В этой книге рассказана только правда – ТАК, КАК ЭТО БЫЛО.» (Цитата из вступительной главы «Пепел».

 

В главе «К  читателям»- оглушительная информация об условиях работы писателя в СССР. Тот, кто хочет понять, чем советский период  отличается от постсоветского,  может почитать страницу 34. Там же всё доступно  описано.

«Обыкновенный шрифт – это было опубликовано журналом «Юность» в 1966 г. Курсив – было вырезано цензурой тогда же.

Взятое в скобки (….)  — дополнения сделаны в 1967-1970 гг.»

Самое ценное для современного читателя именно в том, что обрезано цензурой. Самое печальное , что цензура  и сегодня (она существует более в виде самоцензуры)- это бы вырезала, думаю. Чтоб не портить благостного впечатления о Великой победе. Красной Армиии .  Во главе с Великим Генералиссимусом.